«Айртон пробовал море настроек, но в итоге просил все как у Алена». В чем Сенна и Прост превосходили друг друга

Бесценные истории о главном противостоянии «Формулы-1».

Айртон Сенна и Ален Прост провели всего два совместных сезона в «Макларене» и не просто выиграли по чемпионскому титулу, два Кубка конструкторов и 25 Гран-при из 32 возможных .Они создали самое громкое противостояние в «Формуле-1» и в гонках вообще — причем оно продолжалось и после ухода француза в «Феррари». Более непримиримых соперников трудно было представить — куда уж до них парам Лауда-Хант, Хэмилтон-Феттель (или Хэмилтон-Алонсо) или Шумахер-Хаккинен.

«Макларен» в 1988-1989-м фактически оказался разделенным на два лагеря: половина персонала поддерживала новичка Айртона, пока остальные предпочли гонявшегося за команду уже четыре сезона Алена, Сенну боготворили мотористы «Хонды», а Проста обожали ребятав  Уокинге. Буквально считанные работники «Макларена» сумели сохранить нейтралитет и доверие обоих пилотов (руководитель команды Рон Деннис, например, не попал в это число), и один из них — координатор команды Джо Рамирес — поделился парочкой бесценных историй о легендарном противостоянии. Он рассказал о главных силах Сенны и Проста, своих отношениях с ними и огромном взаимном уважении между бразильцем и французом, пережившем их вражду.

«Правда ли, что Сенна был пилотом «Хонды» с шасси «Макларена», а Прост был гонщиком «Макларена» с двигателем от «Хонды»? Да, можно сказать так. Но Айртон никогда не получал других моторов — они всегда были одинаковыми. В одно время главный механик соответствующей бригады самостоятельно выбирал двигатель из партии для своего пилота.

Просто мощность «Хонды» – как раз та вещь, которую Прост никогда не мог задействовать на полную так, как это делал Айртон. А тот творил невероятные вещи! Постоянно сохранял дикое количество оборотов даже в поворотах! Ален пытался ездить точно так же, но каждый раз говорил мне: «Нет, никак. Я не могу это сделать. Айртон заслуживает те восемь метров, которые выигрывает у меня. Я пробовал — я не могу». Это было главное отличие между ними на квалификационном круге. Именно поэтому Сенна был так невероятен. Как кто-то вообще мог привезти Просту секунду в Монако или Спа? Ален постоянно рвал других гонщиков на этих треках.

Но самое главное отличие между ними было в предпочтениях машины. Если Просту дать болид, на все сто подходящий его желаниям и стилю — его невозможно было бы победить. Но как часто гонщик получает машину, соответствующую ему на все 100? Очень редко. Айртон в свою очередь мог импровизировать, менять стиль пилотажа под машину и ехать быстрее. Зато Ален всегда лучше настраивал болид. Айртон пробовал прорву разных вещей в каждой практике, но в конце постоянно говорил: «Забудьте все и лучше сделайте как у Проста».

Мне понравился один случай на Гран-при Франции. В те времена если ты был быстрейшим в практике, то получал четыре комплекта квалификационных шин, целый час времени и неограниченное число попыток. Тогда четыре набора покрышек получил Прост. Он проехал на одном комплекте, установил время промежуточного поула — и вылез из машины. Мы заорали: «Ты что делаешь? Спятил? У нас есть еще три новых комплекта резины!» «Забудьте, – ответил нам Ален. – Если он может проехать круг быстрее, чем мое время, он достоин поула». Переоделся, натянул джинсы — и пошел на пит-лейн смотреть, как все гоняют. Айртон это увидел и снова и снова выезжал на новые попытки — однако чем больше он старался, тем медленнее ехал.

Следующая гонка была в Португалии, и там уже Айртон сделал то же самое. Вот такие игры между ними мы в команде очень любили, потому что они своим противостоянием постоянно толкали «Макларен» вверх.

Когда Прост впервые осознал истинную скорость Сенны? На первом совместном Гран-при Бельгии. Айртон перед квалификацией погружался в некоторое подобие транса. Он сидел на крыльце моторхоума перед тем, как переодеваться в гоночный комбинезон, опускал голову, закрывал глаза руками. Мы не мешали ему. Я никогда не видел ни у одного другого спортсмена настолько сильной концентрации на желаемой цели. Так вот, мы с Аленом тогда были на другой стороне моторхоума и смотрели времена. Ален посмотрел на Айртона и сказал: «Боже, как он здесь выиграл столько времени! Не могу поверить — именно в этом месте! Я просто не понимаю, как у него получаются такие времена. Он офигенно быстр». Я видел Айртона и понимал, что он слышит наш разговор, а Ален стоял сбоку и не видел. Вот я смотрел на Айртона и увидел, как он повернулся и открыл один глаз.

Думаю, именно в этот момент Айртон и осознал, что у него есть статус. Ален же до этого всегда был в «Макларене» номером один: ему плевать было на Мэнселла, Росберга и всех остальных. И когда Сенна побил Алена в бельгийской квалификации, он как бы заявил: «Вот и оно. Теперь номер один — я». И Прост согласился: «Да, он очень-очень быстр».

 

Вообще я думаю, что Ален из-за своего стиля пилотажа не котируется настолько высоко, как должен бы. Я, конечно, немного предвзят, потому что долго с ним работал, но как бы то ни было он показал себя парнем, в принципе не способным допускать ошибки. Думаю, он вписан в историю совсем не настолько, насколько заслуживает. Просто его стиль был очень эффективным: он не высекал искры из-под днища машины и не сражался с рулем. Люди не ценят его величие потому, что он не был настолько же агрессивен. Когда мы после гонки разбирали коробку передач, все шестеренки с машины Алена легко выдержали бы еще одну гонку. Тормоза — тоже. Разница с другими была колоссальна — может, не с Айртоном, но когда за нас гонял Кеке Росберг… Вот это была разница! Кеке не мог проехать гонку до конца, потому что уничтожал тормоза. Ален с тем же оборудованием мог проехать Гран-при дважды. Это великолепно. Одна из главных великих черт Алена. А публике казалось, будто его машина просто лучше, и потому другой пилот постоянно выезжал в заносы, за пределы трека и терял время. Мы часто говорили ему: когда ты атакуешь, говори нам, а то мы не замечаем! В квалификациях, например, Нельсон Пике или Росберг могли проехать круг за 1.29,5, но Ален всегда мог сесть в машину и проехать на десятую быстрее.

Как мне удалось остаться нейтральным в сражении Сенны и Проста и сохранить доверие Айртона? Было просто. Моя работа заключалась в работе с пилотами, инженерами и механиками, так что меня не было, когда они подписывали свои контракты, и я никогда не обсуждал с ними деньги. Поэтому я легко оставался другом для них обоих. Когда происходило что-то неприятное, я всегда старался придумать что-то смешное, чтобы отвлечь их от дурных мыслей и полностью сменить тему. Кажется, это работало, потому что оба доверяли мне. Помню, когда Прост перешел в «Феррари», я сказал Айртону: «Теперь вам часто придется встречаться на подиумах и жать друг другу руки». «Что?! С этим?! Да ни за что на свете!» – ответил он мне. Но я продолжил работать над этим, и в последней гонке того сезона они даже нормально поговорили. А в предпоследней гонке в карьере Алена в Японии они даже захотели поменяться шлемами! Не могу вспомнить причину, но в итоге ничего не получилось. Но на последней гонке в Аделаиде я был счастлив, когда они нормально пообщались и обнялись.

Первые тесты Айртона Сенны в «Формуле-1» прошли под шутки механиков

Они хорошо друг к другу относились, между ними было очень много уважения… Уверен, если бы в Имоле не случилось то, что случилось (Сенна разбился насмерть — Sports.ru), они бы стали друзьями! Без сомнений.

«Я был главным источником мотивации Сенны». Прост – о победах и поражениях в «Формуле-1»

Последнее сражение Айртона Сенны и Алена Проста. За несколько месяцев до смерти Волшебника

Когда же в пелотоне появился Шумахер, то Айртон сразу понял: Михаэль будет его следующим главным соперником. Помню, как-то у них было столкновение на «Маньи-Кур» (в 1992-м – Sports.ru). Айртон считал, что виноват Михаэль, и когда гонку остановили из-за дождя или по какой-то другой причине, Айртон сказал мне следить за Михаэлем. А перед рестартом он пошел поговорить с Шумахером. Не знаю, о чем они говорили, но на видео заметна активная жестикуляция Айртона — он указывал в Михаэля, грозил ему пальцем, а тот молчал и только слушал с очень серьезным лицом.

Когда Айртон вернулся, то сказал мне: «Отлично, теперь он немного дестабилизован перед гонкой». И после рестарта с Михаэлем и правда что-то случилось – он быстро сошел после рестарта!».

Первая реакция Михаэля Шумахера на новость о смерти Айртона Сенны

Источник: Motor Sport Magazine

Фото: Gettyimages.ru/Pascal Rondeau/Allsport (1,3-5), Pascal Rondeau; REUTERS/Will Burgess

Опрос

Кто был лучшим гонщиком?

1145 голосов 2

    Ален Прост 33% Айртон Сенна 67%

Автор

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы разместить комментарий.